Блеск и нищета молодежной политики.

 Молодежная политика в Казахстане – это поистине вещь в себе, тема, которой активно занимается государство, гражданский сектор, партия власти. Но при этом плоды просвещения вовсе не столь очевидны, как на это можно было бы рассчитывать исходя из выделяемых государством средств, а также количества разнообразных структур, ответственных за…

Причина подобного противоречия между декларируемыми целями и реальностью состоит в качестве исполнения тех мудрых стратегий, которые определяет власть. Если открыть Национальный отчет о молодежной политике в Казахстане, то складывается впечатление, что все профили молодежной политики плотно перекрываются «комплексом мероприятий». Уровень доходов растет, несмотря на кризис, молодежная безработица сокращается, социальные лифты работают.
Однако в данном случае статистика не может в полной мере отразить все главные тенденции, которые мы наблюдаем среди казахстанской молодежи. Она предоставляет только «среднее значение», а, между тем, среди тех, кто по данным социологических опросов выражал готовность к участию в протестных акциях, 90% относятся к возрастной группе от 18 до 25 лет.
Конечно, молодежь более пассионарна, чем старшее поколение, и более склонна к радикальным формам отстаивания своих прав. Но только ли в импульсивности и нежелании идти на компромисс заключена причина ростков недовольства в молодежной среде?
Если обратиться к материалам Национального отчета за прошлый год, то становится понятно, что наши юноши и девушки отрицательно относится к тем же порокам казахстанского общества, что и представители старшего поколения – коррупции, злоупотреблениям в органах власти, росту преступности, нарушению прав и свобод человека, но при этом воспринимают их гораздо острее, пытаясь не только зафиксировать сам факт наличия подобных «изъянов» системы, но и стремясь непосредственно изменить положение вещей. Отсюда и готовность примерно 10-15% молодых казахстанцев принимать участие в более активных акциях протеста, нежели традиционные письма и обращения в вышестоящие инстанции. Достаточно посмотреть на возрастной состав участников флеш-мобов и публичных акций протеста для того, чтобы понять – именно молодые казахстанцы составляют большую часть столь неприятных для нашей власти акций протеста.
 Этих ребят еще сравнительно немного, но они уже заметны, и если раньше к их гражданской позиции многие относились с явным недоумением, а то и с резким неприятием, то теперь и для власти, и для общества понятно, что с недовольными следует вести диалог, а не оставлять их за бортом общественных процессов, признавая общественным альтернативщикам право выражать собственное мнение, но конечно же, в рамках, разрешенных законом.
Одна из главных причин, по которой отмечается пусть медленный, но все-таки рост в молодежной среде, это недостаточно эффективная система построения социальных лифтов на всех уровнях. В нашей чиновничье-бюрократической системе, которая никак не избавится от клановости и семейственности в продвижении по службе, молодым и перспективным выходцам из глубинки трудно найти свое место, какие бы радужные перспективы ни прорисовывались в социальных программах государства.
Жизнь, к сожалению, все расставляет по своим местам, и многим молодым журналистам, политологам, учителям так и не удается реализовать собственный потенциал в том возрасте, когда, казалось бы, открыты все пути для свершений.
Мы часто жалуемся на проблему качества человеческого капитала в нашей стране, но, положа руку на сердце, можем ли ответить: а так ли хорошо мы знаем состояние этого бесценного капитала? Данная проблема ведь не только для госчиновников или «Жас Отан», это вопрос, который должен звучать как общественный проект, ибо будущее Казахстана закладывается уже сегодня, и формируют его люди, а не красивые стратегии и прорывные проекты.

Талгат АДИЛОВ